Алхимическая лаборатория
Пламя под колбой тихо потрескивает, и спустя мгновение жидкость вспыхивает глубоким лиловым оттенком — будто впитала в себя сумрак этого места. Гас задерживает дыхание: если цвет именно такой, значит, пропорции сошлись, а все символы и цифры не подвели. В инвентаре появляется пузырёк с эфиром — теперь это не просто смесь, а улика, ключ и, возможно, оружие.
Из лаборатории Гас проходит в большой зал. На холодном полу неподвижно лежит тело д’Альпена. Гас на мгновение замирает: перед ним не просто покойник, а центр всей паутины лжи. Он достаёт фотоаппарат и делает снимок. Эта фотография — не для памяти, а для комиссара Лебрена: сухие факты и холодный кадр говорят громче любых слов.
Гас возвращается в лабораторию. В одной из ниш лежит старая книга в тёмном переплёте, а рядом с ней кто‑то оставил нож. Рукоять простая, но лезвие тускло поблескивает — в нём нет ничего лишнего, только холодная правда. Это орудие убийства, и Гас берёт его с собой: теперь это не просто предмет, а часть дела.
Рядом с книгой он кладёт диск, который нашёл в кабинете д’Альпена. Затем зажимает все защёлки по бокам от кольца. Механизм тихо щёлкает, и книга раскрывается. На левой странице — подсказка: "Через три планеты Солнечной системы проходит кривая". Очевидно, эти планеты нужно выставить на дисках на правой странице.
Гас внимательно смотрит на обозначения: планета A расположена на 1‑й орбите от Солнца, планета D — на 3‑й, планета N — на 5‑й. Он переводит взгляд на правую страницу книги. Здесь можно двигать диски, менять буквы в прорезях верхней защёлки и цифры на нижней. Гас действует спокойно, будто раскладывает пасьянс из фактов:
В прорези верхней защёлки сверху вниз он выставляет буквы: A‑D‑N. Левую защёлку он не трогает — она не нужна.
На нижней защёлке он устанавливает номера орбит, соответствующие планетам: поскольку N — внутренний диск, цифра 5 должна быть сверху; D — посередине, значит, цифра 3 — посередине; A — внешний диск, значит, 1 — внизу. Сверху вниз: 5‑3‑1.
Механизм издаёт тихий, почти торжественный щелчок. И тут время будто замирает. На правой странице появляется фраза:
"Но он не в силах был мне помешать присоединиться к тамплиерам".
Начинается длинный ролик: д’Альпен рассказывает о своих реинкарнациях, о том, как он снова и снова возвращался, чтобы служить Ордену. Слова звучат как исповедь и как проклятие одновременно. Когда ролик заканчивается, Гас автоматически оказывается у себя дома — словно сам город на мгновение выдохнул, а потом снова сомкнул вокруг него свои улицы.